ФЛЕБОЛОГ В ОБНИНСКЕ

ВОСЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ ФЛЕБОЛОГА

Не очень флебологическое эссе

Реальность

Человек приходит на прием к доктору. У него свои проблемы, мысли, жалобы, жизненные обстоятельства. Словом груз, который висит. А тут доктор, которому нужно изложить все быстро, по возможности точно,и получить ответы на поставленные вопросы. А доктор тоже человек, у него также свои заморочки, и он тоже может с утра встать не с той ноги. И встретятся два человека в кабинете, и неизвестно, как еще пройдет весь процесс коммуникации, говоря по научному. Но каждый больной мечтает, чтобы рассказать больше, не стесняться и получить от доктора все самое лучшее, и чтобы еще и больно при этом не было. Но мечты чаще всего сталкиваются с жесткой реальностью. Задушевной беседы, чтобы все были довольны чаще всего не бывает. Чтобы воплотить чаянное, должны совпасть многие необходимые мелочи. Но самое важное, как мне кажется это умение стать отвлеченным от внешних обстоятельств и одновременно быть способным приникать в другого человека. Причем это важно и доктору и пациенту, пусть и в разной степени. Проще говоря, нужно уметь быть собой в пучине бурь современного мира.
Отвлечение у доктора например бывает во время проведения операции. Час или два хирург занят только больным, и мысли его не о доме, а о том, как эффективно разделить и соединить человеческие ткани. Он как бы выпадает из мира на это время, и выныривает по окончанию операции. И это время целиком посвящено другому человеку. К сожалению не все пациенты это могут вот с таких позиций оценить. Наблюдение за хирургом во время операции для меня очень интересное зрелище. Оно и о высоком предназначении и любование мастерством и попытка научиться и перенять навыки. Душеподъемное зрелище, особенно когда все получается и ожидаешь хороший результат. Недавно наблюдал, но не стороны а внутри, будучи пациентом стоматолога. Удаление зубов и установка имплантов. И я могу оценивать работу доктора и как пациент и как доктор одновременно. Это счастье, если у человека растут руки, откуда надо. Нет отвлечений на разговоры, нет беседы самого с собой, уверенность в производимом и чуткость получения ответной информации при работе с тканями и живым человеком.

Сон

Сны — это подготовленная реальность. Можешь воспользоваться, а можешь забыть. Но сегодня не тот случай. Ночь в центре своем в полусне, но сновидческое утро до будильника. Представьте ранний зимний вечер, почти темно, и ты приезжаешь на авто и оставляешь ее на парковке. А потом приходишь через 15 минут и не видишь своей машины на месте. Дико озираешься в поисках знакомых мелочей внешнего вида авто и возможных свидетелей ее исчезновения. Вспоминаешь, где еще мог оставить, и ищешь в памяти намеки на сон, который видишь. Но спереди есть камера, и как раз от нее на меня идет человек и махает рукой. И я понимаю, что он что-то видел и сейчас скажет возможно горькую правду. Ваша машина у нас, следуйте за мной, и тут то я понимаю, что камера висит на отделении полиции. За стойкой меня встречает женщина в форме. Но больно ладно она на ней, как на стюардессе. Прическа блондинки, острые колени, чуть выступающие из под края юбки, форма с иголочки, как из ателье. Осанку держит ровно, взгляд прямой, глаза не опускает, смотрит с интересом. А это вы, мы все о вас знаем. Машину изъяли, чтобы вы не уехали. Вы нам нужны. Дело в том, что вы не заполнили необходимые документы, и сейчас это нужно сделать, тогда и авто отдадим. Не беспокойтесь, с ним все в порядке. Слушаю и самое интересное, всему верю. Ничто не говорит, что тебя могут надуть, несмотря на казенную обстановку заведения. Улыбка на лице, и чем на она напоминает мне несколько актрис нашего кинематографа вместе взятых. Что-то общее с Селезневой времен прогулки с Шуриком, Вертинской тоже в молодости и острые скулы Ходченковой сейчас. И вообще это только повод, чтобы вас завлечь. А на самом деле давайте я вас на время украду. Смотрю на время и понимаю, что домой я попаду сегодня не сразу. Не откажу этой вежливой и прямой улыбке дамы с такими хрупкими лодыжками и острыми коленками. Подчиняюсь, и в этот раз пусть невеста ведет жениха. Следующий момент уже где-то в заведении общественного питания. Столы и напитками и едой, тихая музыка. Неспешный разговор, улыбки, вопросы, женская игра и мужская отзывчивость и напускание тумана. Женщина в роли питчера, мужчина за кетчера. Но странное ощущение возникает. Вопросы не для завлечь и привлечь, а прояснить и высветить. Я как бы разговариваю с собой, и сморю на эту женщину как в зеркало. И она мне помогает понять себя и выудить из мыслительных образов правильные и ясные для меня слова. Чтобы были понятны не только мне, но и тем, кому я их говорю. Ясные истины, хоть записывай. Она как бы оттачивает мысли, руководя ими и не пропуская лишнее наружу и успокаивает, придавая рассудительность. Я как бы один на один с собой, и одновременно с красивой женщиной, которая не играет чисто женские игры а поддерживает работу интеллекта и не позволяет опускаться. Не знаю, насколько ей это интересно, но могу только догадываться, что делает она это не за коврижки, а по своему благому расположению. Улыбка чиста и прозрачна, искренность в выражениях, простота чувств, выражаемых словами. Когда слова значат именно то, для чего она и задумывались, а не то, что нужно домысливать. Предложения от нее не воспринимаются как опасность, и на все хочется согласиться, и не страшно, что будет предложено неподобающее. Я разговариваю как будто с самим собой, при этом ответ извлекается из чувственных губ блондинки напротив. И вроде все она про меня знает, пусть мы знакомы пару часов, а как будто всю жизнь. Но нет ощущения, что тебя может подвести излишество знаний о тебе твоего визави. Знаете, как бывает в беседе и споре с противником, когда ты ждешь от него таких вопросов, ответа на которые у тебя нет. Ты эти вопросы про себя знаешь, и нечем будет крыть, но он их не задает, потому что он это не ты, и в твоей шкуре он быть не может.

В следующем моменте мы уже в аквапарке. Площадь его очень большая. Мы садимся на полотно, которое должно следовать по лентовидной поверхности с водой чуть над землей. Вокруг люди на отдыхе, дети, но они нам не мешают. Мы рядом и медленно плывем по полотну вперед.. Руки наши соприкасаются иногда, и такое ощущение, что и все тело ее вовсе не та граница, куда пускают только по паспорту. Брызги чистой воды, умеренное солнце и теплый воздух ветра вокруг вместе с атмосферой единения. Нас двое. Но как будто я один и мне вовсе не скучно. Все слова правильные, нет противоречий и равенство мыслей и слов.
А до этого она без стеснения разделась, и оказавшись в минимуме одежды выглядела вполне обычно. Все свое и стройное тело, без накачанной мускулатуры, но и без вялости. Таз не девичий, а позволяющий держать стройность фигуры сидя и быть основательной, чтобы тело не колыхалось от ветра. Тонкие пальцы, но упорные ладошки, наверное без стеснения могущие держать мужское достоинство с осознанием, что можно с ним сделать. И так мы катились по воде все ниже и ниже, и разговоры были не нужны, ибо все и так понималось без слов. И я не воспринимал эту женщину как вызов, а только как необходимую часть самого меня, которая вдруг неожиданно обнаружилась рядом, и которую уже не отпустишь.
А потом, когда мы добрались до нижней части нашего водного путешествия, нужно было пройти испытания. Необходимо было встать нам обоим на стол, которые не имел четкой опоры и мог клониться в двух плоскостях. Что-то типа родео на механической быке. Но нас было двое, и нужно было устоять вместе. Когда я взобрался один, то чуть не упал. Но стоило взойти ей, как все выровнялось, и мы спокойно стояли ровно и смотрели друг на друга и улыбались. А потом был опять стол и кофе. Ее волосы еще не высохли, и кончики спереди так и норовили крендельками опуститься в чашку. Голова полусогнута, и чуть завлекающий вопрос, на фоне предыдущего паритета — поцелуешь меня? А мне еще нужно домой, подумал я, и как то нужно будет оправдываться, перед женой, где был. Наверное стоит рассказать ей, все как и было, и чем больше подробностей, тем лучше буду понятым. Не сейчас, сказал я, но голова моя все же склонилась, и я поцеловал ее в левую скулу, чуть отодвинув волосы дыханием. И в этот момент проснулся, так и не узнав, как ее зовут.

Восемь с половиной

И лишь потом догадался. Сны это то, что нам не хватает. В фильме «Восемь с половиной» Феллини есть такая похожая тема. Я не смотрел его около полугода, и вроде бы не предполагалась связь с ним. Лишь мой сон привел к пониманию того, что было в фильме. Сначала Гвидо видит во сне Клаудию, всю в белом в лечебнице. Потом ему снова снится, что он пребывает с ней в своем номере. Какая покорность и безусловная дружественность женщины. Она только для него, тем и ценна. А попробуйте навязать свое мнение, как в разговоре со священником на воздухе про птичек, а перед глазами Сарагина и воспоминания о ней. Гвидо юный никак себя не запятнал этим общением, но знать неприемлемое для социума нужно для определения своего места, и конечно то чего отвергают, так сильно манит. Как трудно человеку быть не собой, увиливать от правды и врать даже себе! Трудно тому, кто конечно задумывается об этом. Люди настолько разные, что общим законом всех не измеришь. Как это не хотелось бы с позиции справедливости. В реальности Гвидо призывает в помощь свою жену, надеясь на успех с ее критикой, но все равно страдает из-за нахождения в потоке жизни, и невозможности проявить себя и найти своем место и линию.

Вообще то искусство быть собой, оно может быть врожденным, но бывает это нечасто. Большинство спрятаны внутри своей скорлупы, и редко выходят на поверхность, разве что с толикой избранных. И мне как доктору это видно на приеме. К сожалению временные рамки работы не позволяют разговориться с людьми. Среди них большинство прекрасных, но знают это в основном только они сами. А некоторые и вовсе только догадываются и сомневаются при этом. Нет сомнения, что мне тоже приснилась моя Клаудия. Мое собственное я, пришедшее в виде женщины. Мое зеркало и моя совесть. Ее не обманешь. Ей можно высказать все сокровенное. Ты выслушаешь ее и сделаешь как нужно, не боясь осуждения и не испытывая стеснения. Ты ей доверишь сомнения и радость, печали и размышления. Только с ней ты будешь собой. Силен тот, кто знает и может. А если можешь, значит должен.

Работа доктора в творчестве и сродни искусству. Доктор - мастер интерпретаций. Сколько разных больных, симптомов и жалоб, диагнозов и состояний! А среди полной энтропии он должен выбрать верное решение. Учесть массу факторов и поставить диагноз. Пренебречь кажущимся и увидеть призрачное, но верное среди хаоса. А перед ним не игрушка и не прибор с деталями, а самонастраивающийся сложнейший организм, который может ответить на правильное или неверное назначение парадоксально и совсем неожиданно. Искусство это создание отображения мира в виде образов. Они могут быть картинами, музыкой, словами книг и много чем другим. Каждая вещь уникальна и дает пищу для размышлений думающего и неравнодушного человека. Каждая создана творцом и отражается в глазах и душах смотрящих по своему. И даже у одного человека по разному в разные периоды жизни. Доктор видит мир связанный с пациентом в своих интерпретациях. Нет ничего, чтобы было равно предыдущему опыту. Каждый шаг единственный, как и пациент и его болезнь. Видеть разницу в похожих событиях и находить одинаковое во вроде бы отдаленных от нормы событиях — великое искусство врачебной профессии. А еще нужно всегда испытывать сочувствие к пациенту, как бы он к тебе не относился. Ну просто таков закон этой профессии — приносить облегчение людям. Быть всегда на ступеньку морально выше того, кто к тебе обратился, но лишь для того, чтобы быть в состоянии отнять от себя и отдать ему. Вероятно, что ничего особо весомого ты не приобретешь, но по пути домой ты сможешь искренне улыбаться солнцу и дышать полной грудью, улыбаясь встречным людям. А впереди тебя снова ждут интерпретации бесконечной жизни человека и его цивилизации. Все уже было и все еще будет!

• А здесь находится давняя, но до сих пор верная
моя статья про бюджетную медицину